Galinakekeeva.ru

Красота и Спорт
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Чеченка вышла замуж за русского

Русский солдат увез любимую из Чечни

В одном из прошлых номеров мы рассказали историю любви русского парня и чеченской девушки. Алексей родом из Ярославля, но часто гостит у родственников в Курской области. Будучи солдатом-срочником, служил в Чечне, был водителем у своего командира. Поехав с шефом в гости к местному участковому Саиду, юноша познакомился с его красавицей-падчерицей. Вспыхнули взаимные чувства. Андрей попросил руки Зарины, но ее родные были категорически против их союза.

Андрей предложил Зарине убежать с ним в Ярославль. Девушка побледнела и заплакала: «Ты не понимаешь, о чем говоришь, не знаешь наших обычаев. Что будет с моей сестрой и племянницами?»

Потянулись бесконечные дни раздумий. Андрей понимал сложность ситуации, но в то же время жизнь свою без Зарины уже не представлял. Юная красавица тоже не находила себе места. С одной стороны – кровные узы и традиции народа, с другой – XXI век на дворе. «Без Андрея я умру. Скорее брошусь в ущелье, чем выйду замуж за нелюбимого! – говорила девушка родне. – Аллах хочет видеть всех людей счастливыми, разве ему нужны мои слезы? Разве любить – это порок?»

Случайно Зарина узнала, что отчим подумывает выдать ее замуж за одного из местных богатеев. Это стало решающим фактором: юная красавица тайком передала Андрею свой паспорт. У солдата близился дембель, он купил два билета на самолет и заехал за Зариной, ждавшей его в условленном месте. Родственникам девушка сказала, что отправляется к бабушке, она нередко навещала ее.

Влюбленные благополучно добрались до Ярославля. Мама Андрея очень тепло приняла Зарину. Первые три дня девушка не выходила из дома. А потом молодые вместе с родителями поехали на рынок – одевать невесту. Купили куртку, несколько новых блузок и джинсы. Зарина в первый раз надела брюки. В Чечне женщины ходят только в юбках. Андрей познакомил невесту с друзьями, показал город.

Но вскоре в дверь позвонили – за беглянкой приехал отчим. «Подвел ты меня, Андрей, – с порога сказал Саид. – Собирайся, Зарина, едем домой». Девушка расплакалась и сказала, что никуда не поедет. Отчим обратился в местные правоохранительные органы. Во всех кабинетах оставлял заявления, что солдат воспользовался малолетним возрастом падчерицы и обманом увез ее из родительского дома. Следом за ним в эти же кабинеты вызывали Андрея и Зарину, тем пришлось доказывать, что на самом деле все иначе.

Саид пробыл в городе неделю, но так ничего и не добившись, вернулся домой.

Тогда в конце декабря за Зариной приехали ее мама и тетя. Они выбрали другую тактику. Сказали влюбленным, что понимают их чувства, но Зарине нужно на время съездить в Чечню, чтобы «утрясти» семейные вопросы. Мол, многочисленная родня, друзья и соседи должны убедиться, что девушка не уезжала из республики. А потом, когда волнения утихнут, обещали отправить Зарину в Ярославль. Женщины умеют убеждать. 27 декабря девушка уехала с ними. «Когда переступила порог дома, поняла, что меня обманули, – вспоминает она. – Мать сказала, что Андрея надо забыть». Соседи и друзья смотрели косо, а родные вспоминали историю другой уже беглянки, вышедшей замуж за русского милиционера из Адыгеи. В родном селе мать той девушки затравили упреками, и она была вынуждена уехать из Чечни В новогоднюю ночь Зарина сумела добраться до телефона. «Я сидел с родителями за праздничным столом, хоть настроение было совсем не праздничным, когда раздался звонок, – вспоминает Андрей. – Взял трубку и замер от счастья: звонила Зарина. Правда, вести оказались печальными. Любимая рассказала, что попала под домашний арест, просила забрать ее».

Родственники Зарины даже не думали, что русский рискнет приехать в Чечню за суженой. Но настоящая любовь не ведает страха и преград. 26 января наш герой выехал на Северный Кавказ к друзьям, с которыми служил в Чечне. О задуманной операции сообщил только отцу.

Сослуживцы обрадовались приезду Андрея, но узнав о цели его визита, одни хлопали по плечу и говорили, что он поступает как настоящий мужчина, а другие крутили пальцем у виска. Чтобы меньше отличаться от местных, молодой человек отпустил бороду. Две недели он ждал удобного момента. 7 февраля Зарина осталась дома одна, и Андрей рванул к любимой вместе с другом. Девушка выскочила из дома и запрыгнула в машину. «Нам повезло. Только отъехали, как навстречу попались белые «Жигули». В автомобиле были двоюродные братья Зарины. Приедь я на пять минут позже, братья были бы дома. Они бы не позволили увезти девушку. Неделю беглецы прятались, а потом уехали в родной город Андрея.

Коллеги знают историю его любви. Они считают, что его поступок – сугубо личное дело, но говорят, что Зарине с женихом повезло. Таких ответственных, честных ребят сейчас очень мало. Родители Андрея стараются сделать все, чтобы девушка чувствовала себя как дома.

Зарине очень тяжело. Она понимает, что сожгла мосты и возвратиться на родину не сможет. Но девушка по-прежнему надеется, что родственники поймут ее и простят. Она мечтает снова увидеться с мамой, которую очень любит. «Мамочка, ты не представляешь, как я счастлива, – говорит наша героиня, – пожалуйста, порадуйся за нас с Андреем и прости. Приезжай к нам в гости. Люблю тебя и с нетерпением жду встречи. Твоя Зарина».

Телефон по вопросам розыска людей и размещения рекламы в рубрике «Ищу тебя» 8-910-278-76-80.

Мой Дагестан

+8 SKON (.) / Чеченка вышла замуж за русского!

Из второй чеченской кампании сапер Александр Морозовпривез домой, в Ростовскую область жену — миниатюрную чеченку Гулю. Поселил ее в брошенном материнском доме, а сам уехал обратно на войну. Гуля родила Морозову девочку. Дочку назвали Калимат в честь чеченской бабушки, а окрестили Екатериной, в честь бабушки русской. Люди от молодых отвернулись — и русские, и чеченцы, пишет «Московский комсомолец».

Морозовы живут на казачьих землях неподалеку от Вешенской. На трассе указатель «Музей-заповедник Михаила Шолохова». Саша с Гулей в этом музее вроде живых экспонатов. Саше — двадцать семь. Через три года на пенсию. На войне — день за три. С первой чеченской — 17 лет льготной выслуги.

История эта давно написана:»В предпоследнюю Турецкую кампанию вернулся в хутор казак Мелехов Прокофий. Из Туретчины привел он жену — маленькую, закутанную в шаль женщину. Пленная турчанка сторонилась родных Прокофия, и старик Мелехов вскоре отделил сына. В курень его не ходил до смерти, не забывая обиды. Казаки сдержанно посмеивались в бороды, голосисто перекликались бабы, орда немытых казачат улюлюкала Прокофию вслед, но он, распахнув чекмень, шел медленно, как по пахотной борозде, сжимал в черной ладони хрупкую кисть жениной руки, непокорно нес белесо-чубатую голову. » (Михаил Шолохов, «Тихий Дон», книга первая, часть первая.)

«Я эту книжку не читал, — говорит Саша. — Восемь классов у меня, куда. Да и троечник был. Ничему толком в школе не научился. Чего и в Чечню поехал — хотел в ней чего-то найти. Что-то свое. В селе оставаться — спиваются здесь в основном. Отчим спился уже. А мать меня бросила. Пришел домой с войны — нету матери. В Сочах живет».

Гуле 23 года. Переехав в Ростовскую область, окрестилась в церкви Галиной. «Я хотел, чтоб как у людей, чтоб и у меня теща была, — объясняет Саша. — Хотя бы в виде Гулькиной крестной».

«А я просто хотела про всех забыть», — говорит Гуля. Она, как и Саша, сирота при живых родителях.

«Как мне девять лет стукнуло, мама меня к бабушке отвезла. Больше я маму не видела. На Украине живет, в каком селе — не знаю. А папа нас бросил, я еще в садик ходила».

Саша и Гуля живут на окраине села в двухэтажном бараке с печным отоплением. Туалет на улице. Двухлетняя Катя-Калимат купается в тазике у печки.

«Призвался я в октябре 96-го. Сразу во Владикавказ. 693-й полк, саперная рота. Там нас за две недели обучили подрывному делу. Показали, как шнур поджигать, как стрелять, как автомат разбирать. Отправили в Ингушетию в Старый Батакаюрт. Укрепрайон строили на сопке. Днем рыли окопы в мерзлой земле, ночью на постах. В начале декабря прискакал всадник на красном коне, выстрелил по нам из гранатомета. Лошадь не испугалась, только чуть дернулась вбок от отдачи. Мы стоим, кто с киркой, кто с лопатой. На склоне, как на ладони, а справа под нами лесок, оттуда по нам и долбят. А мы как копали, так и стоим — в рост цепочкой через каждые два метра. Тринадцать человек погибло. Командиры утром приехали, построили нас, отругали. Чему, говорят, вас учили целых две недели. Отправили разведку в лесок. Гильзы стреляные нашли. Номера сверили — наши. Кто-то из наших со склада патроны духам продавал. «

Сашка вернулся домой в ноябре 98-го. Не желая работать за копейки, пьянствовал, пока не подоспела вторая война и не объявили набор добровольцев.

«В апреле 2000-го пришел в военкомат. Хочу, говорю, в Чечню по контракту. Меня давай отговаривать. И женщины, и военком. Пугали. По горам, говорили, будешь бродить, там люди сдыхают. Партию отправили, все обратно сбежали. А я на своем стою. Отправляйте — иначе сопьюсь». Его отправили служить сапером в комендантскую роту при военной комендатуре Шелковского района.

«С утра выезжали и до вечера. Разминирование, зачистки, инженерная разведка. Работали как похоронное бюро. Духи русское кладбище постоянно минировали. Как русский в станице помрет, вызывают саперов. Показывают нам место, где могилу рыть. Сначала мы прокопаем на полметра, потом уже могильщики роют». Спустя четыре месяца Саша нашел в Чечне то, что искал — Гулю.

Читать еще:  Замуж за нигерийца

Она ехала домой из Дагестана и попала под обстрел. «Прошла пост на границе, села в такси к чеченцу. Минут пять мы проехали, машина остановилась, и больше я ничего не помню. Очнулась в Шелковской, в маленьком доме, русский военный мне ногу обрабатывает, укол сделал. Сказал, рана неглубокая, кость не задета», – рассказала девушка.

Чеченка, у которой меня лечили, на работу меня взяла в свое кафе. И вечером мы с ним встретились.

«Были в патруле, как обычно. Зашли в кафе. Там только одно кафе могло работать во время комендантского часа. Рая — хозяйка, ей доверяли. Мы туда перекусить заходили… Гульку и увидел. Она причесывалась. Че-то во мне произошло. Я подумал, если б мне с ней познакомиться, то вместе б остались», — вспоминает Саша.

«Стеснительный такой. Сидел, стеснялся. Он тоже мне сразу понравился. Красивый. Каждый день стал приходить. А потом на чай меня пригласил. В другое кафе. Сидели, чай пили. Он мне рассказывал, что письмо ему пришло, девушка замуж вышла. А я думала про себя: «Вот нравится мне человек», — говорит Гуля.

Ухаживал Саша красиво. Денег Гуля у него не брала. Тогда он купил ей французские духи на рынке. Принес, кинул их Гуле за шиворот и сразу удрал — боялся, что не возьмет. А она бы и не взяла. Первый подарок по местному этикету принято отвергать. Флакон от тех духов Гуля хранит до сих пор.

Снял для Гули отдельный роскошный дом. За 50 рублей в месяц. Стал приходить к ней уже кем-то вроде хозяина. Гуля стирала Сашину форму.

Местные сверстники Гули записали ее в коллаборационистки. Обзывали на рынке, обещали убить, как только уедут русские. По ночам били стекла в доме. Гуля боялась, жаловалась Саше. Уходя на ночь в комендатуру, тот вешал на гвоздик в прихожей гранату. Вот, объяснял, граната, вот чека. Если кто будет ломиться, выдергивай и бросай.

С 1 марта 2001 года в северных районах Чечни отменили боевые выплаты. Но в горных районах еще платили, и Сашка решил перебраться поближе к горам. Уволился из Шелковской комендатуры и устроился в Ножай-Юртовскую. Оставалась одна проблема — вывезти из Чечни в Ростов невесту без документов. Паспорт Гуля еще не получила, а свидетельство о рождении потеряла в тот день, когда ее ранили.

Из всех документов у Гули была только справка из администрации станицы Гребенская от 22 декабря 2000 года. Получить дубликат свидетельства о рождении, а тем более паспорт Гуля не могла. В милиции ничего этого ей не давали, то ли за ее «коллаборационизм», то ли просто по бюрократическому равнодушию. А Саша за Гулю в милиции похлопотать не мог. Незадолго до этого БТР комендатуры переехал милицейский «уазик», трое милиционеров погибли, менты с комендантскими враждовали, и никто не собирался делать паспорт для какой-то чеченки. Замкнутый круг, в который попала Гуля, зафиксирован в документе под названием «Извещение об отсутствии записи»: «Запись акта о рождении гражданки Такой-то 1983 года рождения в архивах отделов ЗАГСа Шелковского и Гудермесского района не сохранилась. Архивный фонд сохранен только с августа 1996 года. Республиканский архив ЗАГС (вторые экземпляры) полностью уничтожен. Руководитель органа ЗАГС Шелковского района Сериева».

Гуля не знала, что ей делать. В ЗАГСе посоветовали поехать к матери. «Вы же у нее в паспорте записаны». Однако, как можно поехать на Украину без паспорта там не сказали.

С такими документами Гулю могли и не выпустить из Чечни. И Саша изобрел для любимой новую форму паспорта. Наклеил на чистый лист бумаги фотографию Гули и пошел с ним к главе администрации станицы Гребенской. Там в его бумагу вписали: «Справка дана администрацией станицы Гребенской в том, что на фотографии действительно изображена гражданка Такая-то, 1983 года рождения, уроженка села Брагуны Гудермесского района Чечено-Ингушской АССР, проживающая в станице Гребенской. Личность, изображенную на фотографии, удостоверяет глава администрации станицы Гребенской Алибеков Аюб».

«Это че такое? » — спросил омоновец на выездном Кизлярском посту. «Девушку домой везу, жениться на ней хочу», — ответил Саша. Омоновец переписал фамилию Гули из справки в компьютер, щелкнул клавишей, глянул в монитор и дозволил: «Женись!»

Вся Сашина станица уже знала, что он везет чеченку-невесту. Он пожил дома три дня и уехал воевать в Ножай-Юрт, оставив Гулю со свекровью, которая тогда еще не сбежала в Сочи.

«По вечерам никуда не выходила, — говорит Гуля. — Боялась комендантского часа. И в доме тихо сидела. Делала все, что надо. В селе на меня смотрели косо: «Чеченка! » Но никто не обижал».

Саша наведывался домой каждые три-четыре месяца. Летом 2003 года Гуля забеременела, и Саша решил наконец выправить ей документы. Отпросился с войны на 15 суток, приехал домой и повел Гулю в милицию.

«Дежурный в документы наши глянул и ушел. Вдруг вбегают менты: меня в наручники, Гульку в наручники и по разным кабинетам. Отпечатки пальцев сняли. Сфотографировали со всех сторон. Меня под оружием отвели к начальнику ФСБ. Обшмонали. Он давай допрашивать, с какой целью я Гульку из Чечни вывез. Билет мой военный рассматривает. Ну, говорит, рассказывай, где служил. Я и рассказываю: восемь месяцев в Шелковской, полтора года в Шатое, полгода в Урус-Мартане. Сейчас вот опять в Шатое служу. Ну, говорит, нормальный у тебя послужной список, а скажи, ты ее точно любишь? А в чем дело-то, спрашиваю. Да в том, что она чеченка. Ты что, телевизор не смотришь? В июне в Моздоке чеченка-смертница взорвалась. В июле еще две в Москве на стадионе в Тушине. И еще одну там же в Москве с бомбой взяли. Да еще у тебя в военном билете записано, что ты сапер. Вот менты и решили, что ты смертницу из Чечни привез, зарядил ее и привел паспортный стол взорвать. А, говорю, теперь понятно. И че нам теперь делать? Че делать — документы! Выпишем твоей чеченке временный паспорт. Пусть срочно едет в Чечню и оформляется, как положено».

В Чечню Гуля тогда ехать побоялась. Убьют, говорит, меня там за то, что с русским живу. И Саша ее туда везти не рискнул. А теперь и подавно никуда она не поедет от маленькой дочки.

«Временный паспорт на месяц выписали, — говорит Гуля. — Я через месяц пришла, чтоб его продлить, а мент в паспортном столе мне и говорит: “Девушка, еще раз придете, я вас посажу!” Я и не ходила больше».

Двухлетняя Катя-Калимат тоже живет вне закона. Раз у матери нет документов, то и дочке свидетельства о рождении не выписали. Единственное формальное доказательство ее существования — строчка из эпикриза Ростовской областной больницы N2: «Родила живого доношенного ребенка женского пола. Вес 2650 грамм. Длина 49 см».

Кроме бабушки, у Гули были еще шесть дядьев. И все от нее отказались. «У нас за русских не выходят. Чтоб породу не портить. А что делать, если человека любишь? Да знаю я, что они там творили. Но меня-то Сашка никогда не обижал. Меня-то он любит. У нас там как. Замуж выходишь и вкалываешь. А муж отдыхает. А русские жену любят, ласкают. Наши такого не понимают. Наши женщины и дрова рубают, и все что хочешь. А русские мужья. Они нежные. Только вот дома их никогда не бывает», — говорит Гуля.

Ближе к лету Саша опять собирается в командировку. Месяцев на шесть. За все эти годы заработал медаль «За воинскую доблесть».

«Представляли к медали “За разминирование”, а дали почему-то за доблесть. Я фугасов много снял в Шатойском районе. Пацанов-срочников вытащил с минного поля летом 2002-го. С Борзойского полка. Служба не нравилась, убежали. Ну и прибежали на минное поле. Одному ноги оторвало, другому ступню и гениталии повыдергивало, третий уцелел. Их я и вытаскивал. Все выжили. Схронов много нашел. Все мечтал клад найти — схрон с долларами. В апреле 2001-го откопали мы такой схрон. Фээсбэшники доллары забрали, сказали, что фальшивые», — говорит Сашка.

«Но до пенсии-минималки всего три года. Там дочка подрастет. Если сделаем Гульке паспорт, пойдет Гулька работать. Я буду работать. Плюс ветеранские получаю. Нормально выйдет. Тогда можно со службы и уволиться», — рассуждает Сашка.

А Гуля часто вспоминает своих родственников, переживает за них и надеется на встречу.

«Лучше выходить замуж за чеченцев, чем за русских» — сказала русская девушка

Смешанные браки между русскими девушками и чеченскими мужчинами — не редкость в наши дни. Зачастую сама идея брака между русскими девушками и чеченцами выглядит в среде русских мужчин чем-то непривычным и «аморальным». Неудивительно, ведь чеченцы составляют немалую конкуренцию и готовы бороться за сердца русских девушек.

Статью подготовила Аделина Завгаева, 24 года, русская девушка, вышедшая замуж за чеченца три года назад (при рождении Анна Сидорова).

Мифы о русских женах чеченцев

Если русская девушка захочет развестись с чеченцем, то это будет невозможно

Для начала стоит сказать, что развод может стать итогом лишь серьезного конфликта. Конечно, в чеченских семьях разводы не приветствуются. Если произошел конфликт с мужем, то в первую очередь стоит обратиться к его родным и поросить их повлиять на него. Если конфликт не решается, то никто не будет держать девушку, которая не может стать членом семьи. Только развод.

Читать еще:  Муж ксении бородиной курбан омаров биография

Большинство историй о том, что девушка «не может развестись с чеченским мужем» связаны с тем, что девушка, вспылив, убегает. Может быть для русских семей это норма, когда девушка бежит к своим родственникам, но для чеченских — нет. Неудивительно, что такую девушку ищут по всей России и муж, и его родня. Это нормальный ход вещей, так как девушка может попасть в беду, особенно, если ее родственники живут в другом городе.

Мне спокойнее осознавать, что мой муж и мои родственники всегда будут меня искать, если со мной что-то произойдет. Чеченцы никогда не дадут своих жен в обиду.

Девушка в чеченской семье сидит дома с детьми и не имеет возможности работать

Наивно полагать, что так происходит во всех случаях. С одной стороны, для чеченской семьи норма — не меньше пяти детей. Когда тут заниматься работой, учебой и другими посторонними делами? Может быть в русских семьях 1-2 детей это норма, но в чеченских — нет. Дети — это наивысшая радость в жизни.

С другой стороны, скажу прямо: современные чеченские семьи не отрицают того, что женщина может и должна учиться и работать, если хочет. Ключевой момент: если хочет. Если в русской семье родители супруга могут мучить девушку постоянными укорами, что она не хочет работать, то в чеченской семье это немыслимо.

Традиционно в чеченской семье кормилец — мужчина.

Русская девушка, выходя замуж за чеченца, теряет связь с подругами, друзьями и родными.

Очень странны миф. Еще скажите, что в чеченских семьях у девушек отнимают телефоны. Девушка по-прежнему может общаться и с родственниками, и с подругами, если, конечно, ей это интересно.

Разумеется, не приветствуется, если девушка начнет общаться с кем-то из одноклассников или давних друзей. Никакому мужу это не понравится, не только чеченскому. Или русским мужьям все равно.

Абсолютный миф про «униженных чеченских жен». Я бы даже сказала, ксенофобский миф, который распространяют недобрые люди, желающие чеченцам зла. По российскому законодательству ксенофобия строго запрещена и является преступлением. Чеченцы это знают, у чеченцев есть множество адвокатских контор, которые специализируются по российскому праву и регулярно привлекают к ответственности тех, кто говорит про них плохо на национальной почве.

Чеченские мужчины поднимают руку на девушек.

Миф, который даже комментировать не хочется. То, как поднимают руку на девушек русские мужчины, не идет в сравнение ни с одним народом мира. В каждой чеченской семье есть особый культ жены, сестры, матери, бабушки, культ Женщины с большой буквы. Могу со всей ответственностью сказать, что лучше выходить замуж за чеченцев, чем за русских.

Правила хорошего тона в чеченской семье

Упомяну несколько правил, которые стоит помнить каждой девушке при знакомстве с чеченским мужчиной и его семьей:

  • Не упоминать про «чеченские войны» и любые военные конфликты, в которых участниками являлись русские и чеченцы. Нет чеченской семьи, которой бы не коснулась трагедия 1990-2000 годов: тогда от русской пули погибло немало чеченских отцов, братья и дедов. Конечно, в итоге политики договорились и наступил мир, но когда война касается семьи, невозможно все забыть и оставаться нейтральным. В Чечне нет семьи, которую бы не коснулась война.
  • Не упоминать про принадлежность каким-либо религиям кроме Ислама. Можно назваться неверующей и прослушать речь родственников жениха о красоте Ислама, о пророке Мухаммеде — посланнике Аллаха. С воодушевлением согласиться принять Ислам. Ведь даже если для девушки и молодого жениха (современного человека) это лишь формальность, то для его семьи — нет. Готовностью принять Ислам сразу же возвысит любую девушку в глазах родных жениха.
  • Помнить, что главное в семье — это дети. Дети в чеченской семье — наивысшая ценность. Нормой является 5-7 детей. Стоит быть готовой к тому, что придется действительного много рожать. Но это ли не женское счастье: любищий муж, добрая семья родителей мужа и множество детей? Чеченцев выбирают мужьями именно ради этого.

Плюсы выбора мужем чеченца

Что же получит русская девушка, выходя замуж за чеченца?

  • Любящего, сильного, крепкого мужа, который никогда и ни при каких обстоятельствах не даст в обиду ни супругу, ни детей. Чеченцев всегда воспитывают в духе воинов и культивируют глубочайшее уважение к своей семье. К родителям, к детям, к жене.
  • Большую родню, которая тоже никогда и ни при каких обстоятельствах не даст в обиду. Родню, в которой можно буквально раствориться и осознать себя частью огромного единого целого — чеченской семьи, частью чеченского народа.
  • Надежное будущее своих детей. Можно быть уверенным, что дети получат все шансы вырасти здоровыми, спортивными молодыми людьми, которые хорошо устроятся в жизни. Чеченская взаимовыручка безгранична, как в Чеченской Республике, так и в России. Сегодня в Москве проживает более 20 тысяч чеченцев, среди которых есть множество тех, кто всегда готов помочь с хорошей высокооплачиваемой работой.

В заключение скажу, что я горжусь своим выбором мужа. И желаю всем русским девушкам обрести не меньшее счастье.

Материал подготовила Аделина Завгаева (до замужества Анна Сидорова), 24 года, Чеченская республика, город Грозный.

Если понравилась статья, то ставьте лайки и подписывайтесь на канал. Не забывайте писать комментарии. Всего вам самого доброго и наилучшего, друзья!

Новое в блогах

Может ли русский встречаться с чеченкой-взгляд из Грозного и Москвы

Оказывается,влюбляться и тем более жениться на нечеченцах чеченкам строго возбороняется-об этом говорил сам Рамзан Кадыров в одном из своих интервью российским СМИ.Согласно неписанным чеченским законам,которые сами чеченцы неукоснительно соблюдают и чтут в отличие от писанных российских,тема любовных взаимоотношений априори не должна обсуждаться между родителями и детьми-ни больше,ни меньше! И вот вышел сериал «Кричат журавли», в котором повествуется о любовной истории между русским офицером и чеченкой.

Смотрите, как его прокомментировал рупор возмущенной чеченской общественности:

&feature=related

В продолжение темы можно привести давнее интервью «обрусевшей» чеченки с того же ненавистного НТВ. Чеченский взгляд он и в Москве чеченский: как под копирку произносятся те же дикие,глупые, а временами бесспорно нацистские мантры относительно того,что чеченской девушке можно,а что нельзя.

Телеведущая Асет Вацуева: За русского выходить замуж мне нельзя

«Для меня табу даже бокал шампанского»

— Асет, вы в курсе, что вы сегодня самый популярный человек в Чечне?

— Конечно. Тем более что я там не часто бываю. Последний раз — в прошлом году. Сразу после теракта 9 Мая. Туда как раз приехал Греф. По общему настроению все было так ужасно, что больше двух дней я не выдержала.

— А в Москве давно живете?

— С 1997 года. У меня была мечта идиота — учиться в МГУ, на журфаке. Удалось поступить только в Питер, а через 2 года затосковала и перевелась.

— Трудно было привыкать к московской жизни?

— Да, очень тяжело. У меня только с работой на НТВ благостная жизнь настала. Вообще в Москве чеченцам очень трудно.

— У вас же на лбу не написано, что вы чеченка.

— Я умоляю вас, написано! Если я сейчас без машины выйду на улицу, первый мент будет мой. Можно провести эксперимент.

— Точно вам говорю.

— В Москве много соблазнов. А у чеченцев — строгие нравы. Чего вы никогда не можете себе позволить?

— Таких вещей куча. Но дело в чем? В московскую жизнь, в тусовку я не ассимилирована. Я спокойно обхожусь без ночных клубов, наркотиков, сигарет, выпивки. Мне это сто лет не нужно. Я росла в другом мире. Ну что мне хочется? Максимум — поехать отдохнуть, полежать под солнышком. Но это я могу сделать при соблюдении условий. Могу поехать с мамой. Или со мной должен быть мужчина: отец, муж, брат. При некоторых маневрах многое возможно.

— А пить вообще нельзя? Даже бокал шампанского на день рождения?

— Нет, никогда. В принципе пить нельзя и мужчинам. Но они у нас, когда хотят, многое себе разрешают.

«Россиянкой себя ощущаю только за границей»

— Жизнь в Москве сильно отличается от мирной жизни в Грозном?

— Я недавно отдыхала в Кисловодске. Смотрю, ходят нарядные девушки, в юбочках с рюшами. Грызут семечки. Думаю: Боже мой, в мирном Грозном было то же самое. Кафешки и все такое.

— А ночные клубы, дискотеки?

— Про клубы ничего не помню. Хотя в школе танцы были. Простите, я жила в том Грозном, где было 70 процентов русских. Все было.

— Как вы относитесь к тому, что русских выгнали из Чечни?

— Так же, как и к тому, что выгнали евреев, армян и многих других, — очень плохо.

— Русские в Грозном приспосабливались к чеченским законам?

— Я бы так не сказала. Тогда закон был советский. А у русских в Грозном, не у всех, но у многих, была позиция, что Чечня — это их завоеванная территория, и они вели себя как.

— Да. Типа делают добро для горных отсталых людей.

Любая ссора во дворе, допустим, из-за детей, если один ребенок из русской семьи, другой — из чеченской, приводила к тому, что мамаша начинала кричать: правильно Сталин вас выслал, неправильно Хрущев вас вернул.

— Сегодня вы себя кем ощущаете: москвичкой, чеченкой, россиянкой?

— Когда выезжаю за границу, ощущаю россиянкой. И какие бы сложные отношения между Чечней и Россией ни были, проезжаешь кордон, все — ты русский. И все те же обиды.

Читать еще:  Муж зарегистрировался на сайте знакомств

— Я росла, училась и работаю рядом с русскими. Мне в жизни повезло, что я знакома не с одними «федералами», которые, захватив Грозный, испражнялись на мои детские фотографии, но с кучей умных и добрых людей. Зимой я была в Америке и часто слышала: «О! У вас очень отсталая страна, у вас там все пьют». Пусть они и правы отчасти, но меня это не радует. Я и эта страна — одно целое. И мне за моих знакомых здесь обидно.

— Значит, за границей вы — россиянка. А в Москве?

— Здесь я стопроцентная чеченка. У меня и прописки московской нет.

— Почему? Собираетесь возвращаться в Чечню?

— Одно я знаю точно: домой сейчас не хочу, потому что там неспокойно.

«В Чечне уже не осталось тех, кто воюет за идею»

— Чеченцы воспринимают российскую культуру? Или признают только свою мораль?

— На самом деле одно другому не противоречит. Чеченцы учатся в русских школах, растут на русской культуре. Но от своего национального не отказываются. Мне кажется, это достаточно гармоничное соединение.

— А возможно ли вообще понимание между русскими и чеченцами?

— Я вас умоляю. Все мы люди и понять друг друга очень даже можем.

— Почему же мы тогда воюем?

— Так воюем как раз не мы! Мне сложно поверить, что в лесах остались люди, воюющие за чистую идею, независимость Чечни. Начиналось все лет 14 назад якобы с этого. Но сейчас в Чечне воюют люди уже с совсем другой мотивацией.

— Деньги, оружие, бизнес. Да, мы отличаемся. Ну и что? Я вот живу в коллективе, где, кроме меня, нет ни одного чеченца. И всех понимаю.

— Но вы же не типичная чеченка.

— Почему? Я самая типичная чеченка-колхозница.

«Наши мужчины мусор не выносят»

— А мужчины русские и чеченские сильно отличаются?

— Это да. Наш маленький этнос все еще живет на своих аятах-законах, по которым мужчина должен быть суперхрабрым, суперблагородным. Наши мужчины более активные по жизни, очень любвеобильны. Может быть, у них больше гормонов. Любят поухаживать красиво.

Я в студенческие годы попала на семинар «Как прекращать войны». Там были женщины со всего СНГ. И одна говорит: «В кого мы превратились? Выходишь на улицу, а на тебя никто не смотрит! Вот раньше в Тбилиси по проспекту Руставели идешь — один, второй, третий». Так же было и в довоенном Грозном. А в Москве можно годами ходить, и никто не посмотрит.

— А как насчет прав чеченской женщины? С мужскими они сопоставимы?

— Если идти от истоков, то нет. А сейчас как себя поставишь, так и будет. Главное, чтобы все было прилично. Иначе — ужас.

— Крикнуть на мужа чеченка может?

— А зачем? Чеченская женщина должна быть умнее. Она не должна говорить: «Так, пошел, мусор выкинул». Иначе тебя выгонят. Мусор чеченский мужчина не пойдет выкидывать никогда. Это табу. Он же джигит.

— А может, сатрап, угнетатель?

— Может, со стороны это выглядит угнетенностью. Но я тоже не могу сказать: «Выкинь мусор». И мне такой муж не нужен.

— А если он гуляет всю ночь, под утро заявляется с друзьями и: «Давай, жена, мечи на стол»?

— Да, есть такое плохое дело. Пришли в 10 вечера, ушли в 8 утра. А бывает еще, знаете, как? Особенно в Москве. Сидят не ночь, а день-два, месяц. Это, конечно, тяжело. У меня есть родственницы, которым приходится все это терпеть.

— Ропщут. Но зато у них репутация идеальных жен. Их ставят в пример.

В Чечне секса нет

— Чеченским женщинам можно по нескольку раз выходить замуж?

— Конечно. Мы что, не люди? Очень даже можно. С милости Всевышнего нашего Аллаха.

— Ухаживал ли за вами какой-нибудь русский в Москве?

— Самое интересное, что ни один русский не то что не ухаживал, но и не пытался познакомиться с такой целью. На это уже можно обидеться!

— А если бы кто-то решился, вы бы вышли за него замуж? Или никогда?

— Никогда не говори «никогда». Но мысли у меня такой, не в обиду русским мужчинам, не было. Мусульманские женщины могут выходить только за мусульман.

— А за русского выйти — позор?

— Видимо, да. А вот если чеченский мужчина женится на русской, это не считается позором.

— А таких примеров, кроме Джохара Дудаева, много?

— Куча! У меня один двоюродный дядя женат на еврейке, другой — на молдаванке.

— И что, их жены приняли ислам?

— Конечно. Кстати, когда я училась, познакомилась с русской женщиной. Она была замужем за чеченцем. Ее свекровь, узнав, что сын тайно женился на русской, плюхнулась в обморок. Прошло 2 — 3 года, и эта русская стала самой любимой снохой в доме. Шага не делалось без консультации с ней.

— Так почему же все-таки чеченкам нельзя выходить за русских?

— Я думаю, потому, что у нас мужчина — суперсвятой, на недосягаемой планке. И как бы он ни угнетал женщину, она тоже на привилегированном положении. Это нечто охраняемое и лелеемое. По нашим законам обида, нанесенная женщине, карается в два раза сильнее. В общем, женщина настолько святая, что никто, кроме чеченца, к ней не может прикоснуться. А если она переступает запрет, это считается осквернением.

— И тогда за ее брата никто не отдаст приличную чеченскую девушку?

— Может случиться и такое. В чеченском обществе брат для сестры — главный ориентир в жизни. И если в семье нет мужского начала или оно не сильно, семья не воспринимается. Это отражено и в фольклоре: тогда женщина надевает мужскую одежду, берет меч и идет в горы. Завоевывает стадо овец и присылает в свою деревню. Все, она крутая — типа как мужчина. Но только через борьбу она становится на уровень девушки, у которой есть брат или отец. Вот такая у нас мораль.

— Почему после свадьбы жених прячется от родителей?

— Потому что тема личных отношений между мужем и женой у чеченцев — табу. У нас этой темы как бы нет. То есть отношения настолько стеснительные, что перед собственными родителями неловко. У ингушей и вовсе мужчина не может показаться перед родителями жены в течение всей жизни. У нас с этим попроще. Хотя этикет очень тяжелый. Марку надо держать до упора. Ударить в грязь лицом перед родственниками — вообще последний поступок для мужчины. Под всем этим большая философия.

— Вы слышали, что сейчас в Москве есть чеченские проститутки?

— Нет. Офигеть! Было бы странно, если бы я об этом знала. Но лучше этот вопрос задать нашим мужчинам.

«Логику «шахидок» я понимаю»

— А «шахидок» вы понимаете?

— Логику человека, который идет на такой поступок, выходя из Чечни, я хорошо понимаю. Я видела насилие над человеком, который невиновен.

— А пошли бы на такой шаг?

— Господи, я обустроенная, реализовавшаяся, почти счастливая женщина. Мне не убивать, мне жить охота. Такие мысли и в голову не приходят. Да, я перенесла 1994 — 1995 годы, начало войны, пережила захват Грозного в 1996-м. Но мне безумно повезло. Мои брат, сестра, мама живы. Отец благодаря войне — больной, но это другой разговор. Не знаю, как бы я вела себя, когда ко мне в дом зашли ночью, всех расстреляли, а я нечаянно осталась жива. Не знаю.

«Мечтаю о муже с лицом Брэда Питта»

— Как сегодня строится ваша жизнь? Есть работа, семья, дом. А что еще?

— Практически все. И воспитание сына. Ему скоро три года. Я сейчас даже не готовлю. Это делает мама.

— А что мама готовит? Вообще что можно есть, а чего нельзя?

— О! Мама готовит все и очень вкусно — с ней невозможно похудеть! Есть, если не надо в «телевизор садиться», можно все. Религией запрещается свинина, и, естественно, мы ее не едим. Я бы еще запретила мучное и жирное!

— А какая у вас машина?

— Маленькая французская машинка с большими 16-дюймовыми колесами! Ситроен «С2».

— Папа вашего сына принимает участие в его воспитании?

— А почему вы с ним расстались?

— Каким вы представляете себе будущего мужа?

— Еще не представляю! Но в любом случае — это чеченская начинка с внешностью можно Джони Деппа или Брэда Питта. Адская смесь, правда?

— А сколько хотите детей?

— Ну если найдется чеченский «джонипитт», то много ни мало!

ИЗ ДОСЬЕ «КП»

Асет ВАЦУЕВА родилась в 1977 году. Ее отец Абдулла — известный чеченский диссидент, журналист и историк.

В 1995 году Асет поступила на факультет журналистики ЛГУ, но через два года перевелась в МГУ.

С февраля 2003 года в паре с Алексеем Пивоваровым ведет вечерние новости на телеканале НТВ.

На телевидение попала случайно — благодаря Леониду Парфенову, который искал на роль ведущей именно чеченку. И его знакомый корреспондент из газеты «Дейли телеграф» посоветовал обратить внимание на Асет.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector